Последние новости

Отходы чиновничьей жизнедеятельности

Отходы чиновничьей жизнедеятельности

12.05.2018 0 комментариев

В Ярославскую область после протестов в Волоколамске потянулись мусоровозы. Эксперты объясняют, что у чиновников просто нет выбора — мусорному бизнесу в России отказать невозможно.

После протестов в Подмосковье столичные отходы спешно решили перенаправить в другие регионы. Жителей Ярославской области не уведомили, но они сами очень быстро это заметили — и тоже стали проявлять недовольство. Кроме того, у них вызывает вопросы законность происходящего. Председатель фракции КПРФ в Ярославской областной думе Александр Воробьев рассказал, что лично увидел первый такой мусоровоз еще 5 апреля, а между тем, по словам чиновников, договор с московским ГУП «Экотехпром» был заключен только 17 апреля.

«Заказчиком этих схем, с моей точки зрения, являются структуры, связанные с московским мусором, а выгодополучателями — сын [генпрокурора Юрия] Чайки и члены нашего правительства, пришедшие в Ярославль из Москвы, председатель Дмитрий Степаненко, губернатор и кто там еще стоит за этими сделками. А пострадает, и уже страдает, народ», — заявил депутат.

Тем временем в Туле компания «Хартия», контрольный пакет акций которой, по данным РБК, контролирует сын генпрокурора Юрия Чайки, без конкурса стала региональным оператором по вывозу твердых коммунальных отходов в границах трех муниципалитетов.

Владимир Рыжков, кандидат исторических наук, политолог:

 «Не секрет, что мусорный бизнес в России принадлежит „непростым ребятам“, и что сын генпрокурора Чайки — один из владельцев и руководителей этого бизнеса. Как вы думаете, Московской или Ярославской области могут отказать во ввозе мусора, то есть в бизнес-просьбе сыну генпрокурора? И что с ними будет, если они откажут?

В России теневые интересы и теневой статус вообще определяют многое, если не все. Такая ситуация, когда высокопоставленные деятели через своих детей или родственников занимаются большим бизнесом, в демократических странах в принципе исключена, потому что считается конфликтом интересов и преследуется как уголовное преступление. У нас же это в порядке вещей. У нас дети министров, руководителей спецслужб, сенаторов либо сами, либо через аффилированные конторы владеют огромными активами. И оказывают друг другу неформальные услуги: ты мне здесь поможешь, а я тебе там… Речь идет о системной коррупции на самом верхнем уровне российской власти.

Можно говорить, что рыба сгнила с головы полностью. Если первые лица государства, или входящие в первый круг, имеют личные бизнесы, то понятно, что их интересам не сможет противостоять ни один губернатор. Достаточно одного звонка папы любому губернатору со словами: „Ты че, не понимаешь, кто тут мусор возит?“, после чего все нужные подписи и разрешения будут выдаваться автоматически. А если кто-то окажется непонятливым, то возбудят уголовное дело и посадят, как Никиту Белых или Алексея Улюкаева. Вот так, к сожалению, выглядит картина».

Павел Кудюкин, член совета Конфедерации труда России, доцент:

 «Вывоз столичного мусора в регионы — это результат административного давления на губернаторов, которые гораздо сильнее зависят от администрации президента, чем от избирателей в своих регионах. Давление может быть и в виде прямой угрозы „не вывезти“ губернатора на следующий срок, и в виде угрозы вытащить на свет какие-то коррупционные делишки, которые наверняка отслеживаются и есть в досье на губернаторов. А поскольку бизнес по утилизации мусора вообще очень коррумпирован и в значительной степени неформален, то многое делается в обход существующего правового регулирования, то есть — на коррупционных связях.

Вывоз отходов в другие регионы, видимо, делается в попытке смягчить ситуацию в Московской области, как опасную для власти, — и в надежде, что в регионах такой протестной активности нет. Но, как показывает опыт, это только переносит протест в другое место.

Действительно, проблема застарелая, ее долго не решали и до сих пор предлагают разрешать экологически опасными способами — путем строительства мусороперерабатывающих заводов, а не сортировкой и переработкой отходов.

Ситуация все больше заходит в тупик. Моментально построить инфраструктуру по переработке мусора невозможно, это требует времени и довольно больших капиталовложений. Они, конечно, потом окупятся, но изыскать их нужно сейчас».

Андрей Нечаев, доктор экономических наук:

 «В каждом конкретном случае надо разбираться, но известно, что этот бизнес в ряде случаев напрямую контролируется высокопоставленными чиновниками. Значит, здесь может быть задействован административный ресурс. Почти наверняка есть и элементы коррупции. Хотя, возможно, регион что-то действительно заработает на ввозе мусора.

Но самая главная проблема во всех этих историях — это то, что граждане не выбирают региональных начальников, своих губернаторов. И те, соответственно, не несут перед ними по факту никакой ответственности».

Анна Очкина, руководитель Центра социального анализа ИГСО, социолог:

 «Тема мусора, полигонов и мусоросжигательных заводов всегда была актуальной. В Подмосковье она обострилась еще в четвертом квартале прошлого года, и особенно — в первом квартале 2018 года. Но заметные сейчас также происходят и в Казани, и в Челябинске. Актуальность проблемы заключается в том, что наличие свалок или мусороперерабатывающих заводов вблизи городов не может не беспокоить людей — это снижает качество их жизни.

В правилах чиновников — относиться равнодушно вообще к любым требованиям людей. Бывает, что протесты все же приводят к каким-то результатам, вплоть до отставок губернаторов. Однако у представителей власти есть своего рода „селекция“ протестных требований. Отменить рост тарифов, например, чиновникам проще, чем пойти на уступки в „мусорном“ вопросе — эта проблема требует инфраструктурного решения. Поэтому нужны не только деньги, но и перемены в подходах к управлению. А мусор надо куда-то девать уже сейчас, поэтому чиновники предпочитают не замечать протестов или „работать“ с организаторами этих протестов — для их затухания.

Возмущение людей вспыхивает так, что иногда кажется: вот она, протестная тема, которая всех объединила. Но потом недовольство стихают, проблема то ли решается, то ли не решается, и сами устают бороться. Это вообще свойственно экологическим протестам. Можно вспомнить эпопею с Химкинским лесом, когда казалось, что люди не успокоятся. Но и там все затихло. Так будет до тех пор, пока эта тема не выдвинет своего подлинного лидера или организацию, которая начнет последовательно поддерживать протесты по этой проблеме».

Алексей Киселев, руководитель токсической « России»:

 «В России существует и должен существовать лишь один способ обращения с отходами, который записан в пункте 2 статьи 3 закона РФ „Об отходах производства и потребления“. Высший приоритет Российской Федерации, обязательный для всех, и органов власти в том числе, — это снижение объема, предотвращение образования отходов. Если где-то не получается его снизить, то необходимо, как второй приоритет, применять повторное использование отходов. Если и это не получится, вступает в силу третий приоритет — переработка. Если что-то после нее остается, тогда уже идет обезвреживание и захоронение. Другой тенденции в нашей стране быть не может и не должно. Обсуждать другие методы — это мало того что бесперспективно, но и противозаконно.

Однако у нас сейчас все противозаконные направления реализуются. Если посмотрите на паспорт приоритетного национального проекта „“, то увидите там свалки или сжигание — наименее приоритетные, согласно закону, методы обращения с отходами. Нигде вы не увидите ни предотвращения образования отходов, ни повторного их использования. Лишь кое-где вы обнаружите переработку. И это все — наша большая проблема.

Не знаю, кто это лоббирует, но вопрос о том, почему власть игнорирует , надо адресовать в соответствующие министерства. Я пытаюсь понять, как они собираются исполнять приоритеты госполитики и что за все эти годы удалось сделать. По отчетам видно, что ничего».

Источник: 19rus.info

Нет комментариев

Прокомментируйте

<