Александр Герман: «На уступки бизнесу, загрязняющему окружающую среду, не пойдем»

Александр Герман: «На уступки бизнесу, загрязняющему окружающую среду, не пойдем»

12.07.2022 0 комментариев

Председатель комитета по природопользованию Санкт-Петербурга ответил на вопросы «Экологии России»

Александр Герман: «На уступки бизнесу, загрязняющему окружающую среду, не пойдем»
Александр Герман, председатель комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Санкт-Петербурга
Фото: Фото « России»

Перед Санкт-Петербургом стоят похожие для всех городов-миллионников экологические вызовы, такие как изменение климата,  перенаселение, и, как следствие, увеличение отходов, поглощение природного массива новыми бетонными кварталами. Но в силу географического положения у города есть и свои нюансы, связанные с сохранением окружающей среды. Мы решили посмотреть сквозь ряд старинных фасадов и достопримечательностей на зеленые проблемы Санкт-Петербурга.

На вопросы «Экологии России» отвечает Александр Герман, председатель комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Санкт-Петербурга.

— Первый мой вопрос обусловлен летним жарким сезоном, особенно в июле. Как идет сохранение зеленых территорий, ведь город расширяется, застраивается, наступает на природные зоны.

— В Санкт-Петербурге шестнадцать особо охраняемых природных территорий, они занимают порядка шести с половиной тысячи гектаров, это примерно 4,5% от всей площади города. Они расположены в семи районах, но лидируют по их количеству Курортный, Приморский и Петродворцовый ― в каждом районе  по четыре охраняемых территории.

Действительно, есть тенденция развития города, идет жилищная застройка. И городу надо развиваться все больше. Но основной задачи для нас  – сохранения природного ландшафта – никто не отменял. Например, ООПТ «Комаровский берег», расположенная на берегу Финского залива, в окружении лесного массива. Это одна из самых наших больших территорий, она появилась еще в 1992 году.

Понятно, что жилищная застройка несет риск для биоразнообразия – сокращается территория популяции животных. Мы за этим пристально следим, нам помогают орнитологи, Ботанический институт им. В.Л. Комарова. Мы с наукой довольно плотно взаимодействуем, с гидрологами, например. Вот сейчас остро стоит вопрос сохранности мелиоративных систем Царского села, Петергофа. Долгое время эти объекты находились в федеральной собственности, не было должного ухода, и вот, когда Петергоф передали Санкт-Петербургу, и мы закрепили это за своей подведомственной организацией, удалось привести сооружения в работоспособное состояние.

— В Москве сейчас есть примеры, когда власти объявили реконструкцию в ООПТ, находящихся на территории города. А общество несогласно, считает, что вся эта помешает дикой природе парков.

— Действительно, такой двойственный подход существует. Экологи, например, говорят, что даже, если деревья падают, то их не надо убирать, есть , пусть он и лежит. Но я не очень с этим согласен. Нельзя бросать лес, оставлять его без санитарной очистки, потому что потом начинаются настоящие буреломы.

С другой стороны, мы живем в городе, и понимаем, что люди должны знакомиться с дикой природой, проводить там свободное время, отдыхать. Поэтому мы, не нарушая целостности территории, создаем, например, экологические тропы. Они есть в таких ООПТ, как «Сестрорецкое болото»,  «Комаровский берег». В парке «У Лукоморья» будет особенно интересно погулять с детьми, там много сказочных персонажей. И на его территории находится старейший дуб, ему около  350 лет.

­— В Санкт-Петербурге много камня, и, тем не менее, есть ли возможность создавать внутри города новые зеленые территории?

— Да, это происходит в рамках «Комфортная среда». Есть заброшенные участки, из которых делают прекрасные скверы или парки. Это меняет облик города, делает его более комфортным для жизни. Таким образом, мы и с пустырями боремся, которые привлекательны для несанкционированных свалок. Здесь мы работаем совместно с коллегами из Комитета по благоустройству. Допустим, есть объект – озеро или канал, вокруг него создаются малые архитектурные формы, благоустройство, а мы, со своей стороны,  проводим очистку водного объекта.

— Одна из тем, которая беспокоит горожан – это Северный намыв в Санкт-Петербурге. Есть разные аспекты этого вопроса – и нехватка социальной инфраструктуры, и визуальное восприятие нового района. Меня интересует экологическая сторона. Засыпается Финский залив, общественники говорят, что это повлияло на миграционные пути тундровых лебедей, рыбные потоки. Что происходит с экосистемой этого места?

— Вопрос с намывными территориями сейчас стоит достаточно остро. Когда появляется намыв или искусственный земельный участок, понятно, что экосистема меняется. Любая деятельность в Финском заливе должна получить заключение федеральной экологической . Она учитывает все – и воздействие на водные биоресурсы, нерестилища, и влияние на орнитофауну – все это было учтено при проведении экспертизы.

Добавлю, что после корректировки генерального плана новых намывов уже не будет. Реализуются проекты, которые были запланированы ранее.

— Как вы строите работу с обществом, экоактивистами?

— Для наиболее оперативного взаимодействия с жителями мы создали мобильную экологическую службу. Круглосуточно по телефону 417-59-36 можно обратиться по любым вопросам экологической безопасности на территории города. Помогаем жителям и адресно – когда обращаются с комплексными проблемами, помогаем их решать.

Также действует Экологический совет при Губернаторе Санкт-Петербурга, есть Общественный совет при Комитете по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности.  Там поднимаются наиболее актуальные вопросы экоповестки. Кроме того, можно попасть ко мне на прием. Бывает и такое, что мы идем людям навстречу по многим вопросам, а потом получаем негативную реакцию.

— Вы получаете сигналы, что людей не пускают на общественные слушания или они не удовлетворены той информацией, которую им дают, ее просто недостаточно, или им не показывают документы по экологической экспертизе?

— В городе у нас все прозрачно.   Экологическая экспертиза – это комплекс различных мероприятий. И включает общественные обсуждения, где не может быть не представлена вся документация, это обязательный этап. Сейчас нам поступают сигналы из Ленобласти, они связаны со сферой обращения с отходами. Санкт-Петербург и Ленинградская область утвердили Единую концепцию по обращению с ТКО, где предусмотрено формирование комплексной инфраструктуры. Основная задача – сделать прозрачной систему, максимально сократить захоронение, усовершенствовать систему обработки, утилизации и обезвреживания отходов. «Невский экологический оператор» приступил к созданию современной мусороперерабатывающей инфраструктуры, в которой остро нуждаются субъекты. Понятно, что жителей это волнует, понятно желание людей видеть вокруг себя чистый лес и красоту. Мы периодически встречаемся с общественниками, разговариваем, но встречаем и такие высказывания «где угодно, только не у нас», а чем люди «там» отличаются от «здесь»? Надо конструктивно подходить к решению таких вопросов.

— Санкт-Петербург – город на воде. Не могу не задать вопрос о качестве этой воды. В жаркие дни особенно бросились в глаза объявления, что практически нигде нельзя купаться.

— Давайте начнем с того, что купаться вообще возможно только на пляжах. Их перечень четко определен, там создана вся инфраструктура, чтобы отдыхать было не только приятно, но и безопасно. Но нам есть чем гордиться. Комитет регулярно убирает акватории от мусора, косит водную растительность. Выполняем работы по очистке дна. Хоть это и не связано напрямую с купанием, но от этого зависит внешний облик акваторий, их привлекательность. Есть показатель по количеству очистки коммунальных сточных вод – у нас они чистятся на 99,6 процентов.  Этого удалось достичь в том числе благодаря введению в эксплуатацию Охтинского коллектора. Раньше были прямые стоки, которые уходили в Охту. Оттуда загрязнения шли в Неву и Финский залив. Сейчас проектируется, и в 2023 год будет строиться Петровский коллектор, на Петровском острове. Так что неуклонно движемся к цифре 100%.

В июне прошел совместный экологический совет двух регионов – Санкт-Петербурга и Ленинградской области. На нем как раз был поднят вопрос состояния водных объектов. И одно из ключевых решений, которое там было принято, это объединение всех регионов гидросистемы Онега-Ладога-Нева-Финский залив в один проект для восстановления водного баланса и создания очистных сооружений.  Мы будем работать по примеру федеральных проектов «Сохранение озера Байкал», «Оздоровление Волги». Только для Невы таких проектов пока нет. А все-таки Санкт-Петербург является конечным получателем всей вышерасположенной территории водосборов.  Все, что сбросят в реки выше по течению, в конечном итоге придет к нам.

— Причины водного загрязнения, с чем они связаны?

— Причины разные. Например, , о которых мы говорили. И городские, и от других субъектов. В области в небольших населенных пунктах либо нет никаких очистных сооружений, либо они безнадежно устарели. В числе загрязнителей также животноводческие и птицеводческие фермы. Влияют и природные факторы – например, изменение климата. Повышается температура воздуха, воды и водные объекты неизбежно начинают «цвести».

— У вас довольно сильно было развито международное сотрудничество и с государствами, с которыми вас объединяют общие водные проблемы, того же Финского залива. Как сейчас вы работаете?

— Мы, действительно, много взаимодействовали с финнами, со странами Балтийского моря,  с немецкими партнерами.  Весной мы проводили форум «Экология Большого города», приглашали иностранных партнеров, но они отказались приехать. Но мы-то понимаем, экология – она вне политики.

— Сейчас все говорят об экологических послаблениях для бизнеса. На какие уступки для бизнеса в Санкт-Петербурге вы готовы пойти?

— Мы не собираемся идти ни на какие уступки в отношении всего, что касается загрязнения окружающей среды. Те нормативные документы, которые приняты на федеральном уровне по контрольно-надзорным мероприятиям, мы, конечно, их исполняем. Мы понимаем существующую повестку, но это не значит, что сейчас предприниматели поедут и будут выгружать строительный мусор на пустыре или начнут сливать отработанное масло в сточные коллекторы. У нас был недавно случай в Красносельском районе Санкт-Петербурга, когда мы обнаружили, что  в большой мусорный бак было вылито, наверное, литров 800 отработанного масла и все это брошено. Вот с этим мы не готовы мириться. Мы уже обратились в правоохранительные органы, чтобы найти этих недобросовестных предпринимателей и привлечь их к ответственности. Поэтому тот мораторий, который введен на , еще не говорит о том, что мы можем цинично загрязнять окружающую среду. На это не надо даже поддаваться. Или еще случай, когда были задержаны работники на машинах-илососах, которые откачивают ил или нечистоты. Они просто сливали это все в люки дождевой канализации. Понятно, что они выполняют подряд, чистят на каком-то предприятии емкость. Вместо того, чтобы отвезти это в специально предназначенные места, они все это слили в ливневую канализацию. Сейчас идет .

— В продолжение темы отходов и мусора. Не кажется ли вам, что уже к городу и не без помощи шоу-бизнеса, приклеился такой ярлык, что вы утопаете в мусоре.

— По большому счету все, что произошло в январе-феврале месяце этого года, конечно, это было разогрето. Мне первый звонок поступил 1 января в восемь утра. И дальше с полудня 1 января и до середины февраля мы работали без выходных. Мы не снимаем с себя ответственности. У нас есть региональный оператор – «Невский экологический оператор», а у него на подряде четыре организации. И вот у одной из них были необходимые мощности, но не было опыта работы в городе. У нас захлебнулись в первые дни января наши северные районы – Приморский, Выборгский, Калининский, как раз, где работала эта организация. По мощности они могли вывезти даже больше мусора, чем генерируют эти районы, но машины, которые вывозят мусор у них большие, и просто не смогли проехать во внутридворовую территорию, где находятся контейнерные площадки.

— Если по пятибалльной системе, то какую бы оценку за уборку ТКО вы поставили Санкт-Петербургу?

—  Если по ТКО, то не покривлю душой и дам четыре с плюсом. И полбалла я набрасываю на то, что нам надо работать с ИЖС (индивидуальное жилищное строительство). У нас же в чем проблема,  ИЖС – 27 тысяч домов, там, к сожалению, даже нет земельного участка, где сделать контейнерную площадку для сбора мусора. Тариф, который предусмотрен для вывоза из домовладения, составляет 320 рублей в месяц. Оператор говорит: «я готов вывозить за эту сумму, но, пожалуйста, централизовано. Заберу из одного места и вывезу». А жильцы домов говорят: «подъезжайте к каждой калитке и забирайте». Мы сейчас ведем переговоры с муниципалами и жильцами, чтобы решить эту проблему.

— Александр Викторович, про исторические и культурные достопримечательности Санкт-Петербурга известно всем. А про места дикой природы нет. Есть у вас любимые места, которые можете порекомендовать.

— Для меня это поселок Смолячково. Живописный берег, . Там сделан хороший муниципальный парк. А гостям и туристам, которые приезжают к нам со всей России, рекомендую посетить «Комаровский берег», очень красивая экотропа, природа, даже есть небольшие дюны.

Провела интервью Ольга Стрелкова

Источник: https://ecologyofrussia.ru

Нет комментариев

Прокомментируйте

<